Ростовская область лишь имитирует инновационную деятельность
Ростовское агентство новостей DonNews
В июне 2010 года на своей инаугурации губернатор Василий Голубев предложил программу развития Ростовской области «Пять «И» губернатора». Одним из этих «И» являются инновации. Своё мнение о том, как обстоят дела с этим «И», высказал генеральный директор корпорации интеллектуальной собственности РНИИИС Владимир Лопатин. На его взгляд, в области пока лишь имитируют инновационную деятельность.
— Владимир Николаевич, развитие инноваций, наряду с четырьмя другими «И», признано приоритетным в развитии области. Как на ваш взгляд, у нас обстоят дела с этим «И»?
— По данным статистики, десятая часть продукции, производимой в области, — инновационная. Но если посмотреть на структуру цены этой продукции, то доля интеллектуальной собственности в ней равна нулю. Как же в этом случае можно говорить об инновационной продукции?
— А почему так?
— Хотелось бы верить, что из-за непонимания проблемы. В условиях глобализации на мировом рынке, наряду с товарами, работами и услугами, «четвертую корзину» составляют права на результаты интеллектуальной деятельности – интеллектуальная собственность, доля которой постоянно будет расти. Интеллектуальная собственность при этом, прежде всего в научно-технической сфере, играет важнейшую роль как механизм создания добавочной стоимости (доля интеллектуальной собственности составляет до 10-15% от цены реализуемой продукции), как средство капитализации активов предприятий и организаций (через нематериальные активы) и как инвестиционный ресурс (где под залог интеллектуальной собственности предоставляют кредиты, займы и банковские гарантии).
Неслучайно поэтому уже третий год Президент России В.В. Путин говорит, что развитие цивилизованного рынка интеллектуальной собственности – насущная потребность современной России. Также с этим связано и требование Правительства России в 2011г. к регионам в Стратегии социально-экономического развития Южного федерального округа до 2020 года - развивать институты рынка интеллектуальной собственности.
Однако недавно была принята долгосрочная программа инновационного развития Ростовской области на 2012-2015 год, где нет ни слова про интеллектуальную собственность.
Получается, что областные министры не читают, не знают и не исполняют федеральных решений, что напоминает мне ситуацию начала 1990-х годов. Правовой нигилизм, как известно, сейчас лечится: от снятия до посадки. Но это угроза для конкретного чиновника.
Для меня важней угроза для региона. Поскольку в связи с этим возникает риск, что оценка Правительства РФ, заложенная в его решении № 1538 от 5 сентября 2011 года, о том, что ЮФО является аутсайдером инновационного развития в стране, для Ростовской области будет и дальше сохранять свою актуальность.
— Получается, область работает в ноль?
— Это несколько грубое утверждение, но, действительно, то, что сейчас заложено в этой программе, думаю, — имитация инновационной деятельности. Причин здесь несколько: и то, что начинали эту программу готовить 5 лет назад, а сейчас многое изменилось; и прежняя правовая и экономическая безграмотность чиновников по этим вопросам; и желание сохранить налаженные каналы «освоения» бюджетных денег с минимальным эффектом для экономики предприятий, но максимальной пользой для кармана тех, кто распределяет эти средства.
Неслучайно, наверно, при трех сценариях развития экономики области результат по этой программе один: структура валового регионального продукта (ВРП) ОДИНАКОВА, чего просто не может быть при разных сценариях. Это и есть, на мой взгляд, имитация.
— Ростовская область обречена, если срочно что-то не поменять?
— Ну, не так уж прямо «обречена», но кардинальные перемены необходимы. Нужна серьезная корректировка программы, правовой и экономический ликбез для чиновников и депутатов в части рынка интеллектуальной собственности, правила-стандарты торговли на этом рынке и кадры – профессионалов-посредников для этого. Тогда область и ее экономика будет обречена на успех.
Замечу, что на сегодняшний день область превосходит средний уровень по России не только по числу бизнесменов, но и по количеству учёных и исследователей. Получается, что потенциал высокий. Но отдача, к сожалению, близка к нулю.
Например, Ростовская область входит в первую десятку регионов России по числу полученных патентов на изобретения, полезные модели и промышленные образцы, и это хорошо. Плохо то, что, к примеру, в Южном федеральном университете получаемые патенты через год-два прекращают своё действие. И в итоге при сроке полезного действия 20 лет мы получаем патент только для того, чтобы отчитаться и закрыть контракт по освоению государственных бюджетных денег. В Ростовской области многие могут похвастаться патентами, но их результативность близка к нулю.
— Почему это происходит?
— По большому счёту, во всем мире патентуется только то, что продается. Для этого, до принятия решения о патентовании, нужно провести маркетинговые исследования, экономическую экспертизу и оценить технологические, экономические и правовые риски: конкурентоспособен ли товар на рынке? Но, как правило, на эти исследования и экспертизы денег не выделяется, и патент получают лишь для галочки. Как следствие, через год-два проект прекращает своё существование.
Это ставит под сомнение целесообразность при сохранении прежних подходов дальнейшего проведения дорогостоящих и долгосрочных процедур патентования охраняемых результатов интеллектуальной деятельности, которые кроме 3 млрд. рублей ежегодно собираемых Роспатентом в виде патентных пошлин (1/2 уходит на зарплату), никаких очевидных преимуществ и выгод для правообладателей не дают. Более того, в условиях получения патентов ради отчетной статистики на 1-2 года вместо 20 лет коммерциализации, Россия теряет возможности реализовать свои конвенционные приоритеты и технологические преимущества, уступая практически бесплатно эти права иностранцам. Такая политика не может отвечать заявленным национальным приоритетам и национальным интересам России.
— Куда в итоге переходят те разработки, которые были запатентованы в России?
— Мы их теряем и, по сути, бесплатно отдаем западным странам. Иностранные бизнесмены не стыдятся их подбирать и при небольшой доработке нам же потом продавать как технологии, продукцию с их использованием, так и интеллектуальную собственность на них.
— В Ростовской области складывается такая же картина?
— Здесь с получением патентов хорошо, а вот с реализацией плачевно, и технологии тоже уходят за границу. Здесь мы поднимаем ещё одну проблему, которая ярко представлена на территории области. Это так называемая проблема параллельного импорта — когда технология, например, в Германии стоит 1000 евро, а при импорте на территорию Ростовской области она уже будет стоить 3 миллиона евро. И все легально, не придерёшься. Это и есть так называемый параллельный импорт, когда иностранные поставщики в т.ч. за счет повышения цены интеллектуальной собственности увеличивают в разы цену контракта. Нажитые таким образом барыши делятся, в т.ч. с покупателями – бюджетниками. Всем выгодно, кроме реальной российской экономики. Эта же завышенная стоимость импортного оборудования закладывается в себестоимость производимой уже российской продукции, что заранее делает ее неконкурентоспособной.
— Есть ли данные о том, что больше всего патентуют в Ростовской области?
— Патентуют практически все разработки, но я бы не стал оценивать инновационную активность по наличию патентов. Объективно это для нас не показатель, потому что от общего числа патентов коммерциализируются права всего лишь для 2%. Судите сами: ЮФУ — ведущий вуз на юге России по привлечению денег на научные исследования, но по использованию полученных результатов и их продаже этот университет в числе аутсайдеров.
— Почему же не хотят работать с отечественными производителями?
— А эту задачу и должен решать рынок интеллектуальной собственности. Но его нет. Вот когда соответствующая программа развития принята и начнёт работать, тогда инновационные технологии в области начнут развиваться и приносить прибыль. И область будет жить богато!
— С чего нужно начинать, чтобы жить богато?
— С развития рынка интеллектуальной собственности, которым на данный момент даже не пахнет. Для этого нужна подготовка и реализация ДЦП «Развитие регионального рынка интеллектуальной собственности в Ростовской области на период до 2020г.».
В свою очередь, рынок интеллектуальной собственности имеет три составные части: это товар (сама интеллектуальная собственность), правила, по которым его нужно продавать, и кадры. Для России минимальная потребность в кадрах выглядит так: на 10 исследователей — один посредник-профессионал, который сможет помогать, охранять, продавать и защищать права в сфере интеллектуальной собственности. Но, к сожалению, подобных специалистов в России на сегодняшний день целенаправленно готовит лишь один вуз — Государственная академия интеллектуальной собственности. Она в год выпускает до 200 специалистов, а потребность для России — 50 тысяч человек.
— А в Ростовской области есть специалисты по интеллектуальной собственности?
— Для Ростовской области потребность в специалистах этого профиля составляет минимум 500 человек. А реально их несколько десятков. Напрашивается вывод, что надо готовить на местах. Но ни один вуз на юге России эту задачу пока не ставит и не решает для своего региона.
Корпорация РНИИИС готова помочь в решении этих проблемных вопросов, в том числе через создание и развитие единого регионального Центра интеллектуальной собственности, чтобы умный и честный смог и на Юге России жить богато.
Интервью Ростовскому агентству новостей